Gravity (2013)
Aug. 20th, 2018 12:08 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
jsnПосмотрел, наконец, фильм "Гравитация". Отличное кино. Хорошо, что не посмотрел в 2013-м, тогда, наверное, не оценил бы -- у меня тогда было гораздо больше предрассудков насчёт сюжета, смысла и прочего. Не исключено даже, что подумал бы, что это фильм про космос и космонавтов.
На самом деле фильм, конечно, в основном про рождение на свет (ну, то есть, в том смысле про космос и космонавтов, в котором мы все космонавты в космосе, да), про роды с точки зрения новорождённого. Очень хорошо передано вот это перинатальное сочетание острой клаустрофобии с острой агорафобией, с невесомостью, дезориентацией, беззащитностью, заброшенностью, спасительной и одновременно опасной пуповиной, и с постоянным страхом остаться без кислорода -- впрочем, чего я вам рассказываю, с вами самими же всё это тоже было, когда вы рождались.
В роли периодических родовых схваток -- прохождение облака обломков раз в 90 минут, в роли аватара психического контакта с матерью -- лейтенант Ковальски (Клуни). Всё очень по Грофу, все базовые перинатальные матрицы с первой по четвёртую показаны очень чётко.
БПМ-1, ребёнок в спокойной утробе матери: ровно первые 10 минут фильма, до секунды. Расфокусированный звук, бесконечное, лишённое центра, пространство, виды, от которых захватывает дыхание, тихо, всё идёт по плану, вся Вселенная существует для тебя и твоей миссии, Хьюстон заботится о твоём пульсе и дыхании, и т.д.
БПМ-2, начало родовых схваток при закрытом родовом канале: от начала катастрофы до начала галлюцинации с Ковальски. Первая фаза: всё то же самое, но всё иначе. Та же вселенная, те же виды, та же тишина и пустота, но всё не так, всё не по плану, смертельная опасность, паника, адреналин, хаос, полная дезориентация. Фазовый переход: осознание себя как отдельного актора, появление цели (выжить). Очень понравился звук, кстати -- кроме прочего, очень мощно передана динамика напряжения/расслабления через фоновый саундтрек. Вторая фаза: безнадёжность и, не знаю, как перевести -- untrustworthiness of everything? Медленно убывающий кислород, попытка за попыткой вернуться к безопасности, найти какое-нибудь убежище, какое-нибудь средство спасения -- и всё оказывается не таким, как казалось (шаттл разбит, ISS повреждён и горит, у "Союза" проблемы с пуповиной, "Союз" без горючего). После момента временного прекращения схваток (когда главная героиня дрейфует в позе эмбриона внутри ISS) несложно догадаться, что в финале она будет выходить на землю из воды (традиционная метафора для рождения). Принятие необходимости сепарации (отпускание Ковальски и диалог про дочь, с понятно инвертированной метафорой). Фазовый переход: радиоконтакт с эскимосом на Земле с новорождённой дочерью: спасение -- вот же оно, вот, как это могло бы быть, вот этот крик младенца, и оно совсем рядом, в динамиках рации, но при этом -- бесконечно далеко и совершенно недостижимо. Капитуляция перед безысходностью, потеря ориентации, помутнение сознания.
БПМ-3, открытие родового канала и начало прохождения: от диалога с Ковальски про выбор между смертью и рождением, до начала сцены затопления посадочного модуля. Сам диалог, кстати, демонстративно бессмысленный, но полон ссылок на аспекты выбора (что логично, поскольку происходит в помутнённом состоянии сознания). Ситуация кардинально меняется: внезапный шанс на спасение и возможность что-то сделать, чтобы попытаться повлиять на исход. Прохождение родового канала показано как прогрессия по шкале агорафобия-клаустрофобия: от манёвров с огнетушителем после выхода из "Союза", к узким коридорам китайской космической станции, к крошечной посадочной капсуле Shenzhou, стиснутой со всех сторон всё более плотной атмосферой снаружи. Полный фокус, концентрация, адреналин, выложиться полностью, и молиться, чтобы всё получилось.
БПМ-4, собственно рождение: от открытия люка посадочного модуля и до титров. Нехватка кислорода, освобождение от амниотического мешка в виде скафандра и парашюта, выход на твёрдую землю, наконец-то достаточно кислорода, непривычно аудио-визуально богатый мир -- ну и, собственно, у нас появляется верх и низ: гравитация.
На самом деле фильм, конечно, в основном про рождение на свет (ну, то есть, в том смысле про космос и космонавтов, в котором мы все космонавты в космосе, да), про роды с точки зрения новорождённого. Очень хорошо передано вот это перинатальное сочетание острой клаустрофобии с острой агорафобией, с невесомостью, дезориентацией, беззащитностью, заброшенностью, спасительной и одновременно опасной пуповиной, и с постоянным страхом остаться без кислорода -- впрочем, чего я вам рассказываю, с вами самими же всё это тоже было, когда вы рождались.
В роли периодических родовых схваток -- прохождение облака обломков раз в 90 минут, в роли аватара психического контакта с матерью -- лейтенант Ковальски (Клуни). Всё очень по Грофу, все базовые перинатальные матрицы с первой по четвёртую показаны очень чётко.
БПМ-1, ребёнок в спокойной утробе матери: ровно первые 10 минут фильма, до секунды. Расфокусированный звук, бесконечное, лишённое центра, пространство, виды, от которых захватывает дыхание, тихо, всё идёт по плану, вся Вселенная существует для тебя и твоей миссии, Хьюстон заботится о твоём пульсе и дыхании, и т.д.
БПМ-2, начало родовых схваток при закрытом родовом канале: от начала катастрофы до начала галлюцинации с Ковальски. Первая фаза: всё то же самое, но всё иначе. Та же вселенная, те же виды, та же тишина и пустота, но всё не так, всё не по плану, смертельная опасность, паника, адреналин, хаос, полная дезориентация. Фазовый переход: осознание себя как отдельного актора, появление цели (выжить). Очень понравился звук, кстати -- кроме прочего, очень мощно передана динамика напряжения/расслабления через фоновый саундтрек. Вторая фаза: безнадёжность и, не знаю, как перевести -- untrustworthiness of everything? Медленно убывающий кислород, попытка за попыткой вернуться к безопасности, найти какое-нибудь убежище, какое-нибудь средство спасения -- и всё оказывается не таким, как казалось (шаттл разбит, ISS повреждён и горит, у "Союза" проблемы с пуповиной, "Союз" без горючего). После момента временного прекращения схваток (когда главная героиня дрейфует в позе эмбриона внутри ISS) несложно догадаться, что в финале она будет выходить на землю из воды (традиционная метафора для рождения). Принятие необходимости сепарации (отпускание Ковальски и диалог про дочь, с понятно инвертированной метафорой). Фазовый переход: радиоконтакт с эскимосом на Земле с новорождённой дочерью: спасение -- вот же оно, вот, как это могло бы быть, вот этот крик младенца, и оно совсем рядом, в динамиках рации, но при этом -- бесконечно далеко и совершенно недостижимо. Капитуляция перед безысходностью, потеря ориентации, помутнение сознания.
БПМ-3, открытие родового канала и начало прохождения: от диалога с Ковальски про выбор между смертью и рождением, до начала сцены затопления посадочного модуля. Сам диалог, кстати, демонстративно бессмысленный, но полон ссылок на аспекты выбора (что логично, поскольку происходит в помутнённом состоянии сознания). Ситуация кардинально меняется: внезапный шанс на спасение и возможность что-то сделать, чтобы попытаться повлиять на исход. Прохождение родового канала показано как прогрессия по шкале агорафобия-клаустрофобия: от манёвров с огнетушителем после выхода из "Союза", к узким коридорам китайской космической станции, к крошечной посадочной капсуле Shenzhou, стиснутой со всех сторон всё более плотной атмосферой снаружи. Полный фокус, концентрация, адреналин, выложиться полностью, и молиться, чтобы всё получилось.
БПМ-4, собственно рождение: от открытия люка посадочного модуля и до титров. Нехватка кислорода, освобождение от амниотического мешка в виде скафандра и парашюта, выход на твёрдую землю, наконец-то достаточно кислорода, непривычно аудио-визуально богатый мир -- ну и, собственно, у нас появляется верх и низ: гравитация.
