40. Колофон.

[jsn]

И какая, скажи на милость, разница, что конкретно происходит здесь и сейчас, и какой смысл думать об этом и это чувствовать, если я знаю, я совершенно точно знаю, что когда-нибудь, через условные эн колов времени, я точно также буду сидеть в офисе, раскачиваясь в раздолбанном кресле, и будет страшная жара, кондиционер будет захлебываться и реветь, и мои руки будут терзать грязную клавиатуру, лениво, нехотя, как подаренную к шестидесятилетнему юбилею наложницу-мазохистку, а потом зазвонит телефон, и я буду рад слышать голос, что само по себе странно, и я скажу -- я скажу "Да", и скажу "Давно", и скажу "Приезжай", и мы сядем за столик в кафе, и он нальет себе сока из кувшина и скажет -- а помнишь, была такая?.. и исчезнет из кадра, потому что я вспомню ее, в мельчайших визуальных деталях, что странно само по себе, нелепую сингулярность на ровной ткани отживших воспоминаний, как она шла тогда через Пешков-стрит, уставившись невидящими глазами на крышу Центрального Телеграфа, и была ночь, и была зима, и был ветер, и ее черные волосы летели, смешиваясь с рваным кружевом вьюги, и глаза у нее были совершенно нездешние, зрачки размером с блюдца, как это бывает, когда употребляешь, и я тогда еще подумал, что не знаю, как ее зовут, и тут же потерял ее из виду, потому что вспомнил, как мы шли тогда по трассе, и была весна, самое начало, ужасная слякоть, и у нас вечно была дырявая обувь, так что казалось, что идешь босиком по воде, а проезжающие мимо машины обдавали нас грязью, и это было совсем, совсем не смешно, и очень холодно, но потом остановился Камаз, и в нем было тепло, и за рулем сидел усатый абрек, и он смеялся и говорил с акцентом, и дал ей порулить, а потом намекнул, что за ту доброту, которую он проявляет к ней, ему полагается немного любви и ласки, и какое-то время меня это даже беспокоило, но он просто шутил, и я сразу забыл об этом, и просто сидел с закрытыми глазами, улыбаясь, думая о том, что пройдет много лет, и я стану старым, и буду сидеть в ресторане, у стеклянной стены, глядя на улицу, где моросит неприветливый осенний дождь, глядя на фонари, которые вот-вот зажгутся, глядя на свое подогретое пиво, но думая совсем не об этом, а о чем-нибудь другом -- о том, как я был молод, о том, какие у меня планы, о книгах, фильмах, музыке -- ну, какая разница, сойдет что угодно, только бы не думать о том, что происходит здесь и сейчас.